Архитекторы на княжьем дворе

Порой витиевато переплетены страницы истории московского градостроения. Например, из археологических и реставрационных находок и архивной купчей явствует, что знаменитый дом на улице Рождественке, 11, строение 2 в давние времена принадлежал князьям Волконским. Тем не менее, основными «действующими лицами» в этой старинной усадьбе они были сравнительно недолго, и не оставили в судьбе Рождественки сколько-нибудь значительного следа. Биография древнего княжьего двора в основном связана совсем с другими именами.

Монастырский уголок

История самой улицы берет начало в 1386 году. Тогда княгиня Мария - мать серпуховского князя Владимира Андреевича Храброго (он был двоюродным братом Дмитрия Донского, его засадный полк решил исход сражения в битве с ордынцами) - заложила на высоком левом берегу реки Неглинной женский Рождественский монастырь в честь победы на Куликовом поле. Главным образом для вдов павших ратников. Как часто бывало в Москве, обитель дважды горела в XVI веке и дважды усердием насельниц (23 монахини и 200 послушниц) возрождалась. Здесь был уютный приют для сиротских девочек, которых обучали рукоделию.

Остается добавить, что в 1922 году прошлого столетия советские власти закрыли монастырь, точнее, перепрофилировали его под коммунальные квартиры для ответственных работников (рядом - Кремль), милицейских чинов и каких-то контор по типу «Рога и копыта». Через 70 лет древнюю обитель освободили от чужаков, и в монастыре вновь начались богослужения. Ну а короткая дорога, протоптанная сюда паломниками столетия назад, давным-давно превратилась в улицу Рождественку (с 1948 года она носила имя партийного деятеля А. Жданова), по обочинам которой сооружались усадьбы.

Вотчина Волынских

В начале XVIII столетия большинство земельных участков на улице Рождественке, равно как и один из роскошных дворов, принадлежало генерал-аншефу эпохи Петра I, бывшему губернатору Казани и Астрахани, графу из династии Рюриковичей - Артемию Петровичу Волынскому. По свидетельствам современников, его отличали не только отчаянная смелость, государственное мышление, но и чрезмерно крутой характер, раздражительность, вспыльчивость по любому поводу, а также непомерное честолюбие. Ну а в годы правления императрицы Анны Иоанновны он тайно питал патологическую ненависть к всесильному фавориту - герцогу (этот титул, по мнению большинства историков, он присвоил) Эрнсту Бирону.

В 1738 году, после написания сочинения «Генеральное рассуждение о поправлении внутренних государственных дел», А. Волынский становится кабинет-министром, то есть получает право единственным из высокопоставленных сановников докладывать государыне «о состоянии державы». В это же время генерал якобы (по слухам, но не документам) задумывает заговор, чтобы свергнуть Бирона. Среди ближайших товарищей по злому умыслу - крупнейший историк Василий Никитич Татищев, поэт и дипломат Антиох Кантемир, главный архитектор Петербурга Петр Михайлович Еропкин, другие известные лица.

Однако затея, если она и была, провалилась из-за проступка кабинет-министра. Случилось так, что Волынскому крайне не понравились вирши крупнейшего в те годы поэта и профессора Российской Императорской академии наук - Василия Кирилловича Тредиаковского, за что Артемий Петрович в ярости отхлестал стихотворца по щекам. И получил сдачи. Но не прямо, а косвенно: Тредиаковский в тот же день пожаловался самому Бирону, намекнув, что за сановным обидчиком водятся и другие «подлые дела». Вся эта история завершилась трагическим образом: в 1740 году А. Волынский окончил жизнь на дыбе. Не спасло даже родство с императорской семьей, так как Артемий Петрович был женат единственным браком на Александре Нарышкиной - двоюродной сестре матери Петра I.

Палаты Воронцовых

А что же земельные наделы на улице Рождественке? Отошли в государеву казну? Как бы не так. Несколько ранее всю эту недвижимость Артемий Петрович передал в собственность своему сыну Петру, а в 1759 году, после того как дочь Волынского Мария вышла замуж за генерал-поручика графа Ивана Илларионовича Воронцова, огромный участок на Рождественке перешел в его руки. Кстати, 8 июня 1799 года сын графа Артемий Иванович Воронцов стал в Богоявленском соборе Москвы крестным отцом гениального поэта Александра Сергеевича Пушкина.

Впрочем, это потом. А пока Иван Илларионович, много путешествовавший по Европе, по возвращении в Москву решил полностью перестроить свою и без того огромную усадьбу на самый современный манер. Вскоре по проекту архитектора Карла Ивановича Бланка за каменными палатами главного графского дома появился чудесно спланированный регулярный парк, устроенный по типу версальских садов. В них были оранжереи для экзотических растений, чистые пруды, кишащие серебристой рыбой, фонтаны-шутихи, ажурные беседки и ротонды на высоком берегу Неглинки. В 1778 году крупнейший московский зодчий Матвей Казаков выстроил для графа Воронцова новые хоромы, при реставрации которых в наше время археологи и обнаружили фрагменты старинных каменных палат князей Волконских.

Дом Бекетовых

В 1793 году часть владений по Рождественке, 11 переходит к Ирине Ивановне Бекетовой, чей пасынок Платон Петрович Бекетов прославился не только как деятельный председатель московского Общества истории и российских древностей, но главным образом как успешный книгоиздатель. В одном из флигелей главного корпуса усадьбы Воронцовых (или Волконских - как считать?) он устроил типографию, где печатал книги, журналы «Русский вестник», «Друг просвещения» и выпускал гравированные портреты.

Здесь же Платон Петрович открыл еще и книжную лавку. В 1904 году она была перестроена удивительным мастером - зодчим Федором Шехтелем, о котором читатели «Московской перспективы» читали не раз. Вместе с учениками Строгановского училища Федор Осипович, никогда не мысливший стандартно, использовал в оформлении фасада будущей Книжной лавки архитектора керамическое панно с изумительными арабесками эпохи Возрождения.

Усадьба академиков

Двести лет назад, точнее, в сентябре 1809 года, владения И. И. Бекетовой были приобретены городской казной (до 1844 года включительно) для размещения на улице Рождественке, 11 московской Императорской медико-хирургической академии. Огромный регулярный парк графов Воронцовых новые хозяева (преподаватели и студенты) быстро и умело приспособили под уникальный ботанический сад со специальными обширными участками для лекарственных растений. В главном корпусе (после капитального ремонта) основную часть бальных и гостевых залов или жилых комнат заняли аудитории, учебные кабинеты, большая студенческая библиотека. Восстановленным строителями флигелям тоже не пришлось пустовать ни одного дня, так как в них устроили бесплатную больницу на 200 пациентов, удобные общежития для студентов и уютные квартиры для педагогов.

К слову, принимали в академию только семинаристов, уже владеющих латинским языком. Срок обучения составлял четыре года. Пятый - это обязательная практика на базе московского генерального госпиталя (сейчас он носит имя Николая Бурденко), когда-то основанного высочайшим указом самого императора Петра I. Малоизвестный факт: в 1829 году академию на Рождественке окончила первая женщина-стоматолог, некая польская пани Назон. Вообще же в этих стенах получили «путевку в жизнь» всемирно известный хирург Николай Пирогов, доктор Михаил Достоевский (отец гениального русского писателя), будущий декабрист и врач Фердинанд Вольф, профессор-терапевт Иван Дядьковский. Его постоянными пациентами, в частности, были Михаил Лермонтов, Виссарион Белинский, Николай Гоголь и Петр Чаадаев.

28 сентября 1846 года в здании Медико-хирургической академии были торжественно открыты факультетские клиники (терапевтическая и хирургическая, каждая на 60 кроватей, акушерская на 30) Московского университета им. М.В. Ломоносова, «что на Моховой». Эти клиники существовали вплоть до 1890 года, пока для них не построили новые здания на Девичьем поле.

Улица мастеров

В том же году опустевшие палаты и флигели на Рождественке после основательной реконструкции главного корпуса и пристроек усадьбы по проекту академика архитектуры С.У.Соловьева перешли (вплоть до 1917-го) в ведение знаменитого художественно-промышленного училища, основанного графом С.Г.Строгановым.

В стенах нового учебного заведения готовили профессиональных художников по дереву, стеклу, фаянсу, полотну, металлу, глине. Через два года талантливые самородки училища (достаточно вспомнить имена будущих великих живописцев М.А.Врубеля и К.А.Коровина, зодчих Ф.О.Шехтеля и И.В.Жолтовского) создали столько оригинальных изделий, что в усадьбе пришлось открыть специальный музей. В нем собраны картины, лучшие образцы старинного шитья, древнерусских печных изразцов, икон, крестов, оружия «под старину», многие другие искусно выполненные экспонаты. Собрание музея постоянно пополнялось за счет частных коллекций. В частности, московского коммерсанта К.С.Попова сотоварищи.

При этом «Строгановке» постоянно было тесно в прежних стенах. Даже после того как в 1903 году здесь были надстроены трехэтажные флигели, то все равно оказалось мало места. Педагоги и студенты «свободно вздохнули» лишь в 1914 году, когда московский архитектор А. В. Кузнецов возвел между главным корпусом училища и правым флигелем новое шестиэтажное здание под мастерские. Кстати, в Первую мировую войну в них размещался военный госпиталь.

…При советской власти в усадьбе располагались Министерство высшего образования СССР, а также Союз художников страны Советов. Несколько ранее, в 1920 году, тут нашли место и для архитектурного отделения Высших художественно-технических мастерских (ВХУТЕМАС), которые в 1933 году переименовали в Московский архитектурный институт (МАРХИ). Сегодня именно это учебное заведение (с 1995-го - Государственная академия архитектуры) арендует основные помещения главного корпуса реставрированных в 90-х годах прошлого века усилиями Московского правительства княжеских палат на Рождественке, 11, стр. 2, являющихся памятником историко-культурного наследия.

http://mp.stroi.ru/detail.aspx?id=cc13c6bb-8af9-4274-8e87-e6035f19a2b2